Меню
Назад » »

Храм во имя Архангела Михаила

  • 46 Просмотров

Вблизи Боровска у подножия крутой возвышенности на берегу спокойно несущей свои воды реки Протва живописно расположилось село Красное – красивое. Как будто подтверждая это замечательное звание, над селом и ближайшей окрестностью воспаряет стройный силуэт храма Архангела Михаила. Он прекрасно просматривается из Боровска и со всех высоких точек нижнего и верхнего течения реки Протва, являясь одной из самых ярких и красивых жемчужин в её до бесконечности извивающемся ожерелье. Письменных источников по ранней истории села и храма фактически не сохранилось, но мы попробуем её реконструировать...

Впервые село Красное упоминается в середине XV в., когда оно являлось княжеским и переходило от одних владельцев к другим. Не исключено, что где-то невдалеке мог существовать и княжеский Красный двор, подобно тому, как это имело место в древнем Киеве, вблизи от основанного князем Всеволодом Ярославичем Михайловского Выдубицкого монастыря (1070 г.). Выбранное для соборного храма место постройки над днепровской кручей, опасное и близкое к обрыву, не было случайным, ведь киевляне построили его по образцу раннесредневековых ораториев архангела Михаила, являвшегося на горных высотах. Так учитывалась усвоенная архангелу «исключительная роль в союзе неба и земли в борьбе светлого и тёмного начала в космосе истории». В средневековой Руси, как и в Византии, архангела Михаила почитали как пособника христианам в их борьбе с неверными, покровителя населённых мест и их правителей. Поэтому архангелу Михаилу посвящались храмы в Киеве, Переяславле, Чернигове, Смоленске, Новгороде, Владимире, а затем и в Москве. Таким образом, за названием села и за посвящением его церкви архангелу Михаилу стоит давняя традиция.

Совершенно очевидно, что храм продолжал стоять в селе в XVI в. Для него в конце уходившего столетия или начале XVII были выполнены царские врата (сохранились благодаря тому, что в 1897 г. их передали в созданный в Калуге Исторический музей, а в 1948 г. они оказались в областном художественном музее, где теперь и хранятся), а возможно ещё и ряд икон для храмового иконостаса. Иконография и стиль живописи царских врат говорит о том, что село Красное в культурном отношении вовсе не являлось захолустьем. В определённой мере сказывалась близость Пафнутьева монастыря, сохранившиеся древности которого всё ещё ждут своего внимательного и вдумчивого исследователя.

Семнадцатый век также продолжает оставаться недостаточно познанной страницей истории, как для храма, так и для села. Хотя именно с этого времени встречается гораздо больше документальных сведений о том, например, что село входило в окологородный стан Боровского уезда и делилось на жребии. Жребии, т.е. части, принадлежали разным владельцам. В течение столетия ими были Л.С. Юров, К.В. Патрикеев, боярин Н.И. Романов, а также Челищевы, Дурновы, Загряжские. Именно в середине XVII в. впервые документально упоминается деревянный храм архангела Михаила с приделом Николая чудотворца.

Упоминается храм и в 1774 г. В этот год взамен ранее существовавшего на средства прихожан, местных помещиков Челищевых и Зембулатовых, был возведён новый деревянный с приделом Николая чудотворца, не отапливаемый храм. Объёмное построение его было выполнено по традиционной схеме: к мощному кубическому срубу четверика надстроили восьмерик, завершавшийся фонариком, с восточной стороны прирубили пятигранную апсиду, а с противоположной западной стороны – скромную по размерам и отделке трапезную. она соединила храм с невысокой колокольней, завершавшейся устремлённым в небо шпилем. Всю постройку обшили тёсом, а крышу покрыли железом. Храм стоял на крутой горке, возвышаясь над селом и его окрестностями. Возможно, что на деньги тех же помещиков храм был вновь

обустроен и снабжён предметами церковной утвари. И, конечно, сюда были перенесены более ранние иконы, царские врата и утварь.

Село Красное в это время насчитывало приблизительно 28 дворов, в которых проживали 140 мужчин и 136 женщин. Стояли в селе и два помещичьих деревянных дома: капитанов Семёна Алексеевича Челищева и Ивана Васильевича Зембулатова. При усадебном доме С.А. Челищева располагался регулярный сад с плодовыми деревьями и кустарниками. В трёх сельских прудах разводили карасей, которых подавали на стол обоим помещикам. На прудах стояли мельницы. Оброк с них собирал помещик И.В. Зембулатов. Крестьяне обрабатывали землю помещичью и свою. Выращивали на ней в основном рожь, овёс и горох, так как они росли лучше, и лишь местами – ячмень, пшеницу и гречиху. Женщины, как обычно, помимо полевой работы занимались ещё и домашней, в том числе пряли лён, шерсть, посконь, ткали холсты и сукна.

Размеренная сельская жизнь была нарушена в октябре 1812 г. приходом армии французского императора Наполеона I Бонапарта. Позже красновский священник Василий Алексеев, отвечая на вопросы анкеты историка А.И. Михайловского-Данилевского, сообщит, что неприятель не обошёл села, подвергнув храм «обруганию», «истребив» престол и жертвенник. «Церковная же утварь и все святые иконы» были «соблюдены прихожанами». Особо священник отметил, что в селе «подвигов, достойных памяти и внимания, не было».

Важной вехой в истории села, да и храма, стало размещение в этих местах двух бумагопрядильных фабрик: купца Батурина в 1832 г. и купца Занегина в 1836 г. Работали на них боровчане и жители других уездов. «Чужаки» жили при фабриках, а потому на какое-то время становились прихожанами Архангельского храма. Красновские же крестьяне, постепенно освобождаясь от крепостной зависимости, также могли работать на данных фабриках. Часть их держала небольшие ткацкие станки и производила сырьё на дому. К концу XIX – нач. ХХ вв. большинство взрослого работоспособного населения села Красное занималась отхожими промыслами или работала на боровских фабриках.

Существенное уменьшение количества местного населения к 1870 г., возможно, сказалось на приходе храма: он стал малочислен и беден. В результате 6 октября 1870 г. его приписали к боровской церкви Спаса Преображения на Взгорье.

Решение о возвращении приходу самостоятельности было принято 13 июня 1896 г. Святейшим Синодом. Значительную роль в этом сыграло прошение местного помещика в должности церковного старосты Петра Дмитриевича Челищева. Он, не отрицая малочисленности прихода, заявил о сумме в 20572 рубля, «наращенной» за несколько лет из 3000 рублей, завещанных помещиком Иваном Васильевичем Зембулатовым на сооружение нового храма. Челищев просил отчислить от указанной суммы 2% в пользу причта, а остальную её часть хранить для дальнейшего «наращивания». Староста также отметил, что в храме достаточно предметов церковной утвари.

Вопрос о строительстве каменного храма в селе Красное окончательно был решён в начале ХХ века. В ноябре–декабре 1902 г. гражданским инженером губернской земской управы Аркадием Аркадьевичем Меньшовым был подготовлен проект и описание нового храма. Он же рассчитал общую стоимость работ по смете, составившую 29999 руб. 14 коп. В мае 1903 г. был избран строительный комитет. В него вошли благочинный 1-го округа о. Пётр Георгиевский, священник храма о. Александр Румянцев, церковный староста П.Д. Челищев и прихожане храма: статский советник Николай Владимирович, Сергей Владимирович, Николай Николаевич Челищевы, – а также прихожанин храма в с. Федотове, проживавший в д. Тишинка, фабрикант, временно московский купец, благотворитель Александр Прокопьевич Смирнов, священник церкви с. Беницы о. Иоанн Виноградов, крестьяне Андрей Павлов и Тит Тимофеев из д. Бёрдовка, Лаврентий Иванов из д. Митенки и Никифор Сергеевич Соколов. Председателем строительного комитета сначала избрали о. П. Георгиевского, но после его просьбы об освобождении от этой должности в связи с нехваткой времени и удалённостью места жительства от места строительства, председателем избрали Николая Владимировича Челищева.

В том же году для исправления проекта нового храма и ведения надсмотра за его строительством вместо инженера А.А. Меньшова назначили гражданского инженера строительного отделения губернского правления статского советника Болеслава Антоновича Савицкого, а 3 августа 1904 г. вышел последний указ Калужской духовной консистории о начале строительства храма в текущем году. В 1910 г. он был построен. Сначала в храме, 4 декабря 1910 г., благочинным о. Петром Георгиевским был освящён придел Николая Чудотворца, затем 1 июня 1911 г. настоятель Пафнутьева монастыря архимандрит Венедикт освятил главный престол – во имя архангела Михаила.

Здание храма возвели по традиционной для приходских церквей планировочной схеме, но со свойственной для строительной моды того времени многочастностью объёмов и дробностью деталей. Декоративное убранство фасадов церкви выполнили в псевдорусском стиле, представляя в одной постройке весь спектр архитектурных приёмов русского зодчества: кокошники, аркатурные пояса, навесные гирьки, ширинки, шатровое завершение колокольни… Страховая оценка построенного храма с дубовым иконостасом составила 28000 рублей.

Таким образом, благодаря капиталу И.В. Зембулатова, желанию церковного старосты П.Д. Челищева и его последователей построить достойный храм, а также таланту гражданских инженеров А.А. Меньшова и Б.А. Савицкого над селом Красным и его живописными окрестностями вознёсся стройный и красивый каменный храм во имя архангела Михаила.

Недалеко от него продолжал стоять и деревянный храм постройки 1774 г. На 3 августа 1910 г. его страховая оценка составляла 4100 рублей. По заявлению от 31 декабря 1910 г. данный страховой договор был расторгнут, а старый храм предложили разобрать. Правда, по свидетельству местных жителей он стоял и в 20-х гг. ХХ в. Видимо, сказывалось сохранявшееся в местных жителях высокое духовное состояние и чувство уважения к древней святыне.

Революционные события 1917 г. и социалистическое строительство оказали негативное воздействие на дальнейшую судьбу нового храма и обитателей села красного. Жизнь и бытовой уклад красносельчан менялся: постепенно они перебирались в города. Тяжёлым потрясением и испытанием для всех стали годы Великой Отечественной войны. Женщины, старики и дети приняли участие в укреплении оборонительных рубежей: рыли окопы, устанавливали и маскировали огневые точки, оборудовали ложный аэродром в районе д. Митяево. С октября 1941 г. по январь 1942 г. село оккупировали немецко-фашистские войска. По воспоминаниям свидетелей этих событий, селу не было нанесено большого материального ущерба. Новоявленные же постояльцы – вражеские солдаты и офицеры – старались вести себя культурно: уважительно относились к старикам и женщинам с детьми, любили показывать фотографии своих жён и детей и вести рассказы о них.

После освобождения Боровского района для жителей села начались трудные годы восстановления хозяйства и оказание помощи фронту. Вручную перекапывали поля и сеяли хлеб. За зерном приходилось ходить пешком на станцию Балабаново, обратно возвращались, неся на своих плечах полные мешки зерна. Все работы в основном выполняли женщины, старики и дети. На их хрупких плечах продолжало лежать и бремя послевоенного восстановления хозяйства: ведь из ушедших на фронт мужчин 19 так и не вернулись в село. к тому же значительная часть красносельчан вынуждена была уйти в город на ткацкую фабрику «Красный Октябрь», бывшую Полежаевскую. В сельском хозяйстве оставались работать немногие. Отток населения из села по разным причинам продолжался и в последующие десятилетия.

В настоящее время в селе почти не осталось местных жителей. Правда, в летнее время их число увеличивается, в среднем, на 55 человек за счёт приезжающих родственников и дачников.

Храм за ХХ столетие успел претерпеть совершенное опустошение и возрождение. Уже в первые годы Советской власти из храма были изъяты иконы и предметы церковной утвари, но капитал храма не тронули. Происходило всё это, якобы, без столкновений представителей власти с местным населением. Изъятие ценностей продолжилось в марте 1922 г. Тогда Боровской уездной комиссией по изъятию церковных ценностей в фонд помощи голодающим из храма Архангела Михаила забрали пять серебряных церковных предметов: потир, звездицу, ковш, тарелочку, кадило и восемь риз.

Существенный ущерб был нанесён храму во время Великой Отечественной войны. В период боевых действий октября 1941 – января 1942 гг. храм обстреливался. Ущерб оценили в 118000 рублей. (Свидетельства местных жителей по данному вопросу противоречивы: одни говорят, что серьёзно при перестрелке храм не пострадал, а найденные стреляные гильзы принадлежали нашим орудиям, другие, в том числе протоиерей И.И. Покровский, говорили, что немцы преднамеренно обстреливали храм и частично его разрушили).

Вынужденный закрыться в военное время, храм в 1944 г. был открыт вновь. Священником в нём продолжал служить Иоанн Иоаннович Покровский, назначенный сюда ещё в 1922 г. В 1948 г. 16 апреля он скончался и был похоронен рядом с храмом.

После него в храме служили священники Александр Николаевич Борисов, Михаил Михайлович Ежов, Борис Голуб. Отец Александр Борисов в 1-й половине 1950‑х гг. сообщал, что число прихожан храма постоянно уменьшается, а молодые вообще не хотят ходить в него. Не тронутый за первые десятилетия Советской власти великолепный дубовый иконостас после 1959 г. из храма вывезли в г. Кромы Орловской области. Очевидно, что это спасло его от поругания и разрушения. (Отдельные детали иконостаса потом оказались

в Калужском областном художественном музее). Исчезновение иконостаса из храма местные власти посчитали серьёзным происшествием. Данное обстоятельство, а также небольшое количество прихожан и, как следствие, малодоходность прихода привели к закрытию храма Архангела Михаила и снятию его с учёта действующих в 1960 г. Опустевшему зданию храма сразу нашли применение: в 1961 г. оно использовалось под склад колхозом им. М.И. Кутузова Сатинского сельсовета, в 1970 г. – колхозом «Восход» под промышленный цех подсобного хозяйства. В результате за последние десятилетия ХХ в. храму был нанесён дотоле небывалый ущерб: духовно опустошённое местное население и появившиеся в округе в большом количестве дачники, явно безразличные к истории этих мест и к их святыням, отбивали в храме и уносили из него всё, что можно, вплоть до метлахской напольной плитки, кирпичей и надгробных памятников XVII – нач. ХХ вв. с древнего храмового некрополя. Ими была нарушена охранная зона храма (12 октября 1987 г. его зарегистрировали в качестве регионального памятника): её застроили дачами и гаражами. Храм Архангела Михаила вернули Русской Православной Церкви 6 мая 1994 г. Началось планомерное профессиональное восстановление здания храма и обустройство его интерьера. Сначала всеми работами руководил настоятель боровского Благовещенского собора о. Димитрий Орлов. С августа 2008 г. эта забота легла на плечи настоятеля Архангельского храма о. Игоря Павлова. Сегодня возрожденный храм посещают не только местные жители, но и прихожане соседних городов и деревень.